ОЧЕРЕДНОЕ НЕОБОСНОВАННОЕ ОБВИНЕНИЕ В «ИЗМЕНЕ РОДИНЕ»

ОЧЕРЕДНОЕ НЕОБОСНОВАННОЕ ОБВИНЕНИЕ В «ИЗМЕНЕ РОДИНЕ»

Анализ правонарушений на судебном процессе Эмиля Алиева

Гянджинский Военный Суд

Дело №1-1 (095)-163/2018

16 августа 2018 года

Председательствующий: Вугар Мамедов

Судьи: Салман Гусейнов, Видади Насиров

Обвиняемый: Эмиль Алиев

Защитник: Али Мехтиев

Государственный обвинитель: прокурор отдела по поддержке государственного обвинения Военной прокуратуры Азербайджанской Республики, полковник-лейтенант юстиции Эльман Аббасов

Потерпевший: Вусал Мехтиев

 

Эмиль Алиев родился в 1991 г. в Российской Федерации, является гражданином Азербайджанской Республики, женат, имеет одного малолетнего ребенка. 1 января 2010 года был призван на срочную военную службу в воинскую часть в городе Товузе. 1 июля 2011 г. в связи с окончанием срока военной службы был демобилизован.

16 января 2018 г. Эмиль Алиев был привлечен в качестве обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных статьями 150.2.1. (мужеложство или иные действия сексуального характера с применением насилия или с угрозой его применения к потерпевшему, совершенные группой лиц, группой лиц по предварительному сговору или организованной группой) и 274 (государственная измена) Уголовного Кодекса Азербайджанской Республики (УК АР). В этот же день постановлением Бакинского Военного суда в отношении Э.Алиева была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу сроком на 4 месяца. 4 мая 2018 г. срок меры пресечения в отношении Э.Алиева был продлен до 27 июня 2018 г.

8 мая 2018 г. обвинения Э.Алиеву были дополнены статьей 338.1. (нарушение правил несения боевого дежурства) УК АР. 8 мая 2018 г. уголовное дело по  статье 150.2.1. УК АР в отношении неизвестных следствию сотрудников органов спецслужб и Вооруженных Сил Республики Армения, осуществляющих вражескую деятельность против Азербайджанской Республики, было выделено в отдельное производство и отправлено для расследования в Особый следственный отдел Военной прокуратуры АР.

 

Версия следствия

По версии следствия, Эмиль Алиев был привлечен к секретному сотрудничеству с сотрудниками спецслужб Республики Армения, осуществляющих вражескую деятельность в отношении Азербайджанской Республики. Он проводил секретную деятельность в их пользу, способствовал совершению мужеложства или других насильственных действий сексуального характера в отношении азербайджанских военнослужащих со стороны армянских военных, снимал на видеокамеру эти акты с целью шантажа азербайджанских военнослужащих и привлечения их к секретному сотрудничеству с армянскими военными.

Так, в апреле 2011 г. Эмиль Алиев прошел от одного боевого поста к другому, принес свой мобильный телефон солдату Вусалу Мехтиеву и сказал, что с ним хочет поговорить брат Вусала. Когда Вусал Мехтиев покинул пост, свои автомат и патроны он оставил рядом с солдатом Физули Набиевым и вместе с Эмилем Алиевым отправился на другой боевой пост. Э.Алиев убедил безоружного В. Мехтиева пойти в сторону армянского поста, для того, чтобы убить армянских военных, вдохновив его героизмом Национального героя Азербайджана Мубариза Ибрагимова.  Пройдя немного, Э.Алиев, который знал, что армянские военные находятся где-то рядом, сбежал. В это время армянские военные, схватив В.Мехтиева, находившегося на армянской территории, завязали ему руки сзади и привели в лес. Они сначала нанесли удары кулаками и ногами по телу В.Мехтиева, сломали его сопротивление, затем уложили его на землю на разложенный на земле флаг Азербайджанской Республики и совершили над ним сексуальное насилие, которое засняли на видео.

После этого армянские военные привели Вусала Мехтиева на один из боевых постов и дали ему поручение убить прапорщика Руслана Рустамова. В случае неисполнения поручения они пригрозили В.Мехтиеву тем, что видео с сексуальным насилием над ним, будет распространено в Интернет-ресурсах. Они также предупредили, что в случае, если В. Мехтиев пожелает с ними встретиться, то должен будет произвести в воздух один выстрел в качестве пароля, два выстрела будут означать то, что следует подойти в нейтральную зону. В. Мехтиев, испугавшись, пообещал армянским военным выполнить поручения. После возвращения на свой боевой пост В. Мехтиев не исполнил поручения и решил встретиться с армянскими военными, чтобы сказать им об этом. Через несколько дней В. Мехтиев в качестве пароля сделал один выстрел в воздух, армянские военные сделали в воздух два выстрела, тогда Мехтиев пошел в сторону нейтральной зоны, где встретился с армянским военным, которого видел в тот день. Он сообщил ему, что не сможет исполнить поручения об убийстве Руслана Рустамова, на что ему ответили, что времени осталось очень мало, дело надо завершить. После этого армянин удалился.

Тогда В. Мехтиев сообщил сотруднику Главного управления Военной контрразведки Министерства Национальной Безопасности (МНБ) Азербайджанской Республики о том, что Эмиль Алиев, обманув его, привел к боевым постам армянских военнослужащих, которые поручили ему убить прапорщика Руслана Рустамова, а в случае отказа от исполнения убийства пригрозили распространить видео с  сексуальным насилием над ним. Он также просил сотрудников спецслужб обеспечить его безопасность, с этой целью В. Мехтиев был переведен в санитарную часть, а по факту было начато расследование.

В ходе следствия Эмиль Алиев не признал себя виновным в предъявленных обвинениях и показал, что 1 января 2010 г. он был призван на срочную военную службу, а 1 июля 2011 г.по окончании срока службы был демобилизован. С солдатом Вусалом Мехтиевым знаком по службе, имел с ним служебные отношения. Он показал, что во время службы не сотрудничал с армянскими военными, не исполнял их поручений и не приводил В.Мехтиева на вражеские позиции с целью его сдачи. Э.Алиев сказал, что все сказанное В. Мехтиевым, ложь.  Он приходил на боевой пост для того, чтобы принести солдатам воду и еду. Во время службы в его распоряжении был мобильный телефон, с которого он связывался со своей семьей. Его телефоном пользовались другие солдаты, в том числе Вусал Мехтиев. В. Мехтиев неоднократно разговаривал с его телефона со своим братом. Когда однажды брат Вусала позвонил на его телефон, он передал другим солдатам сообщение для Вусала Мехтиева о том, что с ним хочет поговорить его брат. Сам он никогда не приходил на боевой пост, чтобы передать телефон В. Мехтиеву.

Эмиль Алиев показал, что лейтенант Вугар Ягубов дал информацию о том, что на нейтральной зоне по направлению к армянским позициям, заложены противопехотные мины, по этой причине вход в эту зону был запрещен В. Ягубовым. Эти мины невозможно было заметить издали. Э.Алиев показал, что, находясь на посту, он неоднократно слышал в нейтральной зоне шаги, военные посредством пароля давали информацию о шагах, но из-за того, что шаги прекращались, военные не открывали огонь. Лейтенант Вугар Ягубов объяснил, что эти шаги принадлежали лесным животным. Э.Алиев показал, что показания Вусала Мехтиева против него, связаны с тем, что В. Мехтиев сам сотрудничал с армянскими военными, он дал показания против Э. Алиева с целью скрыть совершенное им преступление.

Э.Алиев также показал, что после возвращения В. Мехтиева из санитарной части, он не был похож на больного, о чем Э.Алиев сказал В. Мехтиеву. Мехтиев ответил, что до окончания службы у него осталось 2 месяца, и таким способом он благодаря «своему попечителю», может уклониться от службы. Э.Алиев показал, что в 13-14 лет примерно 10 раз имел половую связь с соседом Исифом Рзаевым, который был старше его на год. Так он объяснил повреждения на заднем проходе, обнаруженные экспертизой.

 

Показания потерпевшего

Потерпевший Вусал Мехтиев на суде показал, что 1 января 2010 г. был призван на срочную военную службу. В апреле 2011 г. он вместе с рядовым Физули Набиевым служил на боевом посту. В один из дней к ним на боевой пост подошел Эмиль Алиев и сказал, что с ним хочет поговорить его брат Тале Мехтиев. Он оставил оружие и патроны рядом с Физули Набиевым и направился в сторону боевого поста, на котором служил Э.Алиев. Пройдя 50 метров, он увидел в руках Э. Алиева мобильный телефон и понял, что его никто не звал. Э.Алиев сказал В. Мехтиеву о том, что они смогут пройти к вражеским позициям и убить армянских военных. Он также сказал, что нужно отомстить армянским военным, что нужно брать пример с Мубариза Ибрагимова и тоже стать героем.

Когда они дошли до лесной местности. Эмиль Алиев предупредил В. Мехтиева, чтобы он шел очень осторожно и смотрел под ноги. В. Мехтиев шел впереди, Э.Алиев сзади. Когда они подошли близко к армянским позициям, Э.Алиева не оказалось рядом. Кто-то сзади схватил В. Мехтиева за горло. Это были двое армянских военных в черных масках, направившие оружия на него. Его избили и, сломив сопротивление, уложили на разложенный на земле флаг Азербайджанской Республики, затем совершили над ним сексуальное насилие, которое засняли на видео. После этого армяне привели его на один из азербайджанских боевых постов, где в это время был только Руслан Рустамов. Армянские военные потребовали от В. Мехтиева убить Р.Рустамова.  Но В. Мехтиев не решился выполнить это требование и через несколько дней решил встретиться с армянами. В это время на боевом посту находился Натиг Шихыев.

В. Мехтиев один раз выстрелил в воздух, а Шихыеву сказал, что это произошло случайно. Когда он услышал два ответных выстрела в воздух, то сразу отправился в сторону армянских позиций. При встрече с армянским военным, В. Мехтиев сначала хотел его убить, но, вспомнив о видео, сказал армянину, что не сможет убить Руслана Рустамова. В ответ В. Мехтиев услышал от армянского военного: «Времени мало, заверши дело в краткий срок». В. Мехтиев, испугавшись армянских военных, добился перевода его в санитарную часть.

Вусал Мехтиев также показал, что через 2-3 дня после встречи с армянскими военными он увидел мины зеленого и черного цвета, о чем сообщил командованию. Когда В. Мехтиев пришел очищать местность от мин вместе с оперуполномоченным по имени Эльшан, он рассказал ему обо всем, а тот разместил В. Мехтиева в санитарной части. Он также показал, что, когда был демобилизован 1 июля 2011 г., он не встал в один ряд с солдатами для получения военного билета. Полковник Васиф Мамедов выдал ему билет в своем штабе со своей подписью и отвез его в управление в Шамкир. Там Вусал Мехтиев рассказал все, что случилось сотрудникам военной контрразведки. После этого Эльшан посадил его в автобус и отправил в Сальяны домой. До сегодняшнего дня ни один из армянских военных с ним не связывался.

Следует отметить, что Натиг Шихыев, согласно материалам дела, был демобилизован 1 апреля 2011 года, тогда как Вусал Мехтиев говорит о его присутствии на  боевом посту в период  конец апреля – начало мая 2011 года.

 

Вусал Мехтиев также указывает, что с ним вместе на боевом посту, когда к нему подошел Эмиль Алиев и увел его,  находился рядовой Физули Набиев. Однако согласно показаниям Физули Набиева, Эмиль Алиев никогда не уводил Вусала Мехтиева с поста, а В.Мехтиев никогда не покидал пост.

 

Показания свидетелей

Свидетель Эльшан Байрамгулиев в ходе судебного разбирательства показал, что в мае 2011 г. был назначен на должность оперуполномоченного Главного управления Военной контрразведки. В это же время к нему обратился военнослужащий Вусал Мехтиев с просьбой перевести его в санитарную часть в связи с болезнью. Во время лечения В. Мехтиев сообщил ему о том, что Эмиль Алиев, обманным путем завел его на вражеские позиции, где на него напали армянские военные. Они совершили насильственные действия в отношении него, сняли все это на видео, после чего потребовали убить Руслана Рустамова, в противном случае угрожали распространением видео о насильственных действий в Интернет-ресурсах. Однако В. Мехтиев отказался от исполнения этого требования.

В связи с сообщением В. Мехтиева Э.Байрамгулиев отправил справку в первый отдел Главного управления Военной контрразведки. Начальник первого отдела Эльджан Абдуллаев дал поручение взять под контроль ситуацию. В июле 2011 г., когда Эмиль Алиев и Вусал Мехтиев были демобилизованы из армии, из  МНБ в районные отделения Военной контрразведки была послана информация о взятии под контроль этих лиц.

Свидетель Бахыш Мамедов в ходе судебного следствия показал, что является начальником первого отдела бригады при Главном управлении Военной контрразведки. Майор Б.Мамедов показал, что капитан Эльшан Байрамгулиев в разговоре с ним рассказал, что находящийся на лечении Вусал Мехтиев на вопрос о боевой готовности армии отвечал неохотно и заявил о том, что боевая готовность армии находится на низком уровне. Когда Э.Байрамгулиев спросил о причинах его недовольства, В. Мехтиев рассказал о поступке Эмиля Алиева. Полученная информация была направлена полковник-лейтенанту Эльджану Абдуллаеву, по его поручению было проведено расследование, о результатах расследования было доложено руководству первого отдела.  Был установлен контроль над лицами, чьи имена были указаны в материалах дела. Также был направлен рапорт в районные отделения МНБ, данный рапорт был согласован и утвержден полковником Васифом Мамедовым. В связи с информацией Вусала Мехтиева о минах на указанной территории была проведена видеосъемка. Бахыш Мамедов также показал, что у него не было информации о том, принадлежат ли мины армянским военным.

Свидетель Васиф Мамедов в ходе суда показал, что в 2011 г. работал начальником первого отдела корпуса № Главного управления военной контрразведки МНБ в звании полковника. Информацию Вусала Мехтиева об Эмиле Алиеве он передал капитану Э.Байрамгулиеву, который в связи с этим допросил Вусала Мехтиева. Допрос В. Мехтиева проходил при участии Бахыша Мамедова. По факту была дана информация руководству первого отдела, однако о результатах расследования ему ничего неизвестно. В связи с информацией В. Мехтиева о минах в апреле-мае 2011 г. во время проверки эти мины были обнаружены и зачищены.

Свидетель Руслан Рустамов в ходе судебного следствия показал, что в апреле-мае 2011 г.он был заместителем командира взвода воинской части, когда Э.Байрамгулиев и Б.Мамедов с видеокамерами в руках снимали территорию в нейтральной зоне, где были заложены мины. Затем они провели наедине беседу с Вусалом Мехтиевым. Руслан Рустамов понял, что беседа была связана с последними сообщениями В. Мехтиева и проведением проверки. Далее Руслан Рустамов показал, что под деревьями было выложено около 10 мин. Свидетель также показал, что у него не было информации о том, что В. Мехтиев хочет его убить, во время службы он не видел агрессивного отношения В.Мехтиева к себе. Кроме того, Р. Рустамов сказал, что у всех солдат были автоматы и патроны к ним, если бы у В. Мехтиева было намерение его убить, то он мог бы это сделать во время сна.

Свидетель Даянат Меликов показал, что в октябре 2011 г.   и в январе 2012 г. он отчетливо видел дым, исходящий из армянских постов. Однажды он слышал, будто с армянских постов был брошен камень в сторону солдатской казармы. По поводу этого был дан сигнал тревоги, однако увидеть и понаблюдать за армянскими постами не удалось. Д.Меликов пояснил, что бросить камень с армянских постов невозможно, так как расстояние слишком большое. Для того, чтобы камень долетел, нужно было подойти поближе. Д.Меликов также показал, что им был дан приказ о том, что в случае обнаружения сотрудников армянских спецслужб следует открывать огонь без предупреждения.

Свидетель Али Айдамиров в ходе судебного разбирательства показал, что в 2010 г. был направлен на срочную военную службу в воинскую часть№ и продолжал там службу до демобилизации в 2011 году. Он сказал, что ни командир, ни другие военные не говорили о том, какой пост армянских военных расположен напротив их, но ему говорили о минировании нейтральной зоны и запрете входить в нее. По шуму и звукам, исходящим из поста армянских военных, он понимал, что их пост находится где-то рядом. При криках «Вазген» и «Хорен» с армянских постов Руслан Рустамов запрещал солдатам отвечать на эти крики.  В виду того, что сотрудники армянских спецслужб могут находится рядом с боевыми постами, был дан приказ открывать огонь без предупреждения.

Свидетель Фариз Сафаров показал, что 12 июля 2011 г. был назначен командиром взвода. Руслан Рустамов был его заместителем. Напротив их боевого поста размещался боевой пост армянских военных, однако расстояние между ними было около 300 метров. Пост армянских военных находился в лесной местности, поэтому увидеть пост летом было невозможно из-за обильной растительности. В зимнее время иногда можно было увидеть дым, исходящий от армянского боевого поста.

Свидетель Сеймур Гаджиев в ходе суда показал, что напротив их боевого поста располагался боевой пост армянских военных. Хотя он не знал о том, куда был приведен Вусал Мехтиев, он полагает, что это был тот самый пост, так как он был самым близким.

Свидетель Хангусейн Сарыев дал показания, аналогичные показаниям Сеймура Гаджиева.

Свидетель Ровшан Нуралиев показал, что в январе-феврале 2005 г. по поручению командования были созданы боевые посты на более высокой местности. При создании постов на территории было обнаружены много противопехотных мин, которые впоследствии были закопаны в направлении армянских боевых постов.

Свидетель Ильгар Гардашханов показал, что с августа 2007 г. по август 2011 г. был помощником командира взвода воинской части №. Он не помнил, где находился боевой пост, однако со слов командира знал, что азербайджанский боевой пост находился недалеко от армянского поста. Территория в направлении поста армянских военных была заминирована. Он также пояснил, что летом увидеть посты армянских военных было невозможным, однако оттуда иногда доносились голоса. И.Гардашханов показал, что ему ничего не известно, о том, что во время службы Эмиль Алиев, либо какой-то другой военный имели связь с армянскими военными. О деяниях Эмиля Алиева он узнал только во время допроса на следствии.

 

 

Экспертизы по делу

Судебно-медицинская экспертиза от 7 ноября 2017 г. показала, что на левой коленной чашечке Вусала Мехтиева имеется шрам, который образовался в результате удара тупым предметом примерно 1-1,5 год назад, то есть в 2016-2015 гг. (Но по версии следствия, Вусала Мехтиева армяне захватили и избили в апреле 2011 г. – ИМД).Судебно-медицинская экспертиза также указала на изменения на заднем проходе Вусала Мехтиева, которые говорят о половом контакте неестественным путем.

Судебно-медицинская экспертиза от 10 ноября 2017 г. показала, что на теле Эмиля Алиева не обнаружено каких-либо повреждений. Изменения на заднем проходе Э.Алиева говорят о половом контакте неестественным путем.

Комплексная амбулаторная судебно-психическая и судебно-психологическая экспертиза от 27 декабря 2017 г. показала, что Вусал Мехтиев не страдает каким-либо психическим заболеванием и не имеет никаких психологических расстройств.

Комплексная амбулаторная судебно-психическая и судебно-психологическая экспертиза от 29 декабря 2017 г. не выявила у Эмиля Алиева каких-либо признаков психического заболевания, а также психологических расстройств.

 

Заключение судебного следствия

В ходе суда Эмиль Алиев не признал себя виновным. Суд расценил его показания, как носящие характер самозащиты. Суд посчитал, что вина Э.Алиева полностью доказана показаниями потерпевшего, свидетелей и другими материалами дела. Суд указал, что деяния Э.Алиева должны быть квалифицированы по статьям 150.2.1., 274 и 338.1. Уголовного Кодекса Азербайджанской Республики (УК АР). Однако по той причине, что срок давности совершения преступления, предусмотренного статьей 338.1. УК АР, истек, суд не назначает наказания по данной статье.

В уголовном деле Э.Алиева суд не предусматривает смягчающих и отягчающих вину обстоятельств.

Суд, рассмотрев данное уголовное дело в закрытом режиме, вынес приговор:

  • признать виновным Эмиля Алиева в совершении преступлений,

предусмотренных статьями 15.2.1., 274 и 338.1. УК АР и приговорить к 12

годам лишения свободы. В виду истечения срока давности наказание по

статье 338.1. УК АР не назначать.

 

Комментарий юриста-эксперта:

Судебный приговор является незаконным и необоснованным. Согласно статье 26(II)Конституции Азербайджанской Республики, государство гарантирует защиту прав и свобод каждого. Статья 60 Конституции гарантирует гражданам защиту прав и свобод в суде.

Статья 3 Закона Азербайджанской Республики «О судах и судьях» говорит о том, что деятельность судов Азербайджанской Республики направлена исключительно на осуществление правосудия.

 

Статья 99 Закона АР « О судах и судьях»  перечисляет обязанности судей:

«Судьи должны исполнять следующие обязанности: при осуществлении правосудия точно и беспрекословно исполнять требования законов, обеспечивать моральное и воспитательное влияние судебной деятельности, быть справедливым и беспристрастным; сохранять тайну совещательной комнаты, не разглашать сведения, выявленные на закрытых заседаниях судов; избегать любого поступка, причиняющего вред престижу правосудия, авторитету, чести и достоинству судей. Другие обязанности судей определяются законодательством Азербайджанской Республики».

На примере данного дела видно, что суд, и судьи в частности, не выполнили своих обязанностей, предписанных Законом «О судах и судьях»  и Конституцией АР.

Обвиняемому Эмилю Алиеву вначале были предъявлены обвинения по статьям 150.2.1. и 274 УК АР. Согласно статье 150.2.1. УК АР:

 

«Мужеложство или иные действия сексуального характера с применением насилия или с угрозой его применения к потерпевшему или к другим лицам, либо с использованием беспомощного состояния потерпевшего, совершенные группой лиц, группой лиц по предварительному сговору или организованной группой, наказываются лишением свободы на срок от пяти до восьми лет».

 

Согласно статье 274 УК:

«Государственная измена, то есть деяние, умышленно совершенное гражданином Азербайджанской Республики в ущерб суверенитету, территориальной целостности, государственной безопасности или обороноспособности Азербайджанской Республики, переход на сторону врага, шпионаж, выдача государственной тайны иностранному государству, оказание помощи иностранному государству, иностранной организации или их представителям в проведении враждебной деятельности против Азербайджанской Республики —наказывается лишением свободы на срок от двенадцати до двадцати лет либо пожизненным лишением свободы».

Расследуя вину обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного статьей 150.2.1. УК АР, суд обязан был ссылаться на доказательства, свидетельствующие о том, что данное преступление действительно имело место, и к нему причастен именно обвиняемый. Единственным доказательством, которое было представлено в суд обвинением, были показания потерпевшего Вусала Мехтиева. Хотя судебно-медицинская экспертиза от 7 ноября 2017 г. и показала наличие на анальном отверстие В.Мехтиева определенных повреждений, следствие, а в дальнейшем и суд, не смогли дать точный и неопровержимый ответ, был ли обвиняемый причастен к данному акту.

В пункте 58 «Правил о судебно-медицинской экспертизе полового состояния мужчины» Министерства Здравоохранения Азербайджанской Республики от 26 июля 1999 г., указано, что, как правило, единичные половые акты не оставляют на прямой кишке или на анальном отверстии каких-либо следов и повреждений. Тем более, обвинение утверждает, что преступление было совершено в 2011 г., а экспертиза в отношении Вусала Мехтиева была проведена только в 2017 году. Логично думать, что если это был единичный насильственный половой акт (по версии обвинения, это так), то каким образом повреждения могли оставить след спустя 6 лет? Кроме того, суд не выяснил, являлось ли сексуальное насилие средством к достижению преступной цели.

 

Обвинение по статье 274 УК АР также не имело под собой достаточной доказательственной базы. Согласно статье 5.1. Закона Азербайджанской Республики «О государственной тайне»:

5.1. Государственную тайну в военной отрасли составляют нижеследующие данные:

5.1.1. о содержании стратегических и оперативных планов, документов боевого управления по подготовке и проведению операций, стратегическому, оперативному и мобилизационному развертыванию Вооруженных Сил Азербайджанской Республики, других вооруженных соединений, других войск, предусмотренных законодательством, об их боевой и мобилизационной готовности, о создании и использовании мобилизационных ресурсов;

5.1.2. о планах строительства Вооруженных Сил Азербайджанской Республики и других вооруженных соединений, предусмотренных законодательством Азербайджанской Республики, направлениях развития вооружения и военной техники, о содержании и результатах выполнения целевых программ, научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ по созданию и модернизации образцов вооружения и военной техники;

5.1.3. о тактико-технических характеристиках и возможностях боевого применения образцов вооружения и военной техники, о свойствах, рецептурах или технологиях, производства новых видов веществ военного назначения;

5.1.4. о дислокации, назначении, степени готовности, защищенности объектов, представляющих особую важность с точки зрения национальной безопасности и обороны, об их строительстве и эксплуатации, а также об отводе земель, недр и акваторий для этих объектов;

5.1.5. о дислокации, действительных переименованиях, об организационной структуре, численности личного состава и их боевом обеспечении, а также о военно-политической или оперативной обстановке;

5.1.6. о координатах геодезических пунктов и географических объектов на территории Азербайджанской Республики важного оборонного и экономического значения.

 

В приговоре не указано, какие именно действия были предприняты Эмилем Алиевым для того, чтобы они образовали именно данный состав преступления. Обвинение по этой статье также было основано только на показаниях потерпевшего. Ни один из свидетелей не дал показания конкретно против Эмиля Алиева, ни один из них не указал преступных действий обвиняемого.

Следствие и суд не смогли ответить на главный вопрос: если преступление было совершено в 2011 г. и об этом преступлении были осведомлены сотрудники военной разведки, которые взяли под контроль Э. Алиева и наблюдали (по их словам) за ним после демобилизации, то почему Эмиль Алиев был арестован только в 2017 году? Почему сотрудники следственных органов не арестовали Э. Алиева своевременно? К сожалению, ни следствие, ни суд не дали ответ на этот вопрос.

Согласно статье 41.3. Уголовно Процессуального Кодекса Азербайджанской Республики(УПК АР), государственный обвинитель, выявивший в суде обстоятельства, исключающие уголовное преследование, должен заявить об отказе от уголовного преследования в отношении обвиняемого.

 

Суд обязан был вынести оправдательный приговор в отношении обвиняемого в связи со следующим:

  • отсутствием события преступления;
  • недоказанностью виновности Эмиля Алиева.

Согласно статье 95.1. УПК АР, лицо, которому известны какие-либо обстоятельства, имеющие значения для дела, может быть вызвано и допрошено в качестве свидетеля стороной обвиненияво время предварительного расследования или судебного разбирательства, а стороной защиты—во время судебного разбирательства. В данном деле ни один из допрошенных в суде свидетелей не являлся очевидцем какого-либо уголовного деяния. Кроме того, почти все свидетели заявляли о том, что не знали о якобы содеянном Э.Алиева. Многие из них не могли дать точные показания, так как после их демобилизации прошло более 6 лет.

Это же относится к показаниям потерпевшего. Если внимательно прочитать показания Вусала Мехтиева, то видно, что показания, данные спустя 6 лет, достаточно точные, что вызывает определенные сомнения в их правдивости. В. Мехтиев указывает все в деталях, вплоть до минут и конкретных действий. В этом случае суд должен был удостовериться в правдивости показаний потерпевшего и подкрепить их другими, важными по делу доказательствами. Очевидно то, что обвинение не смогло представить суду достаточно неопровержимых доказательств.

Согласно статье 124.1. УПК АР, доказательствами по уголовному преследованию признаются заслуживающие доверия улики (сведения, документы, вещи), полученные судом или сторонами уголовного процесса. Как видно, показания потерпевшего не заслуживают доверия, а показания свидетелей не говорят о виновности обвиняемого; результаты экспертизы также не могут быть признаны достаточными для предъявления серьезных обвинений.

Согласно статье 125.1. УПК АР, «Сведения, документы и другие вещи могут быть приняты в виде доказательств при отсутствии сомнений в их действительности, источнике образования и обстоятельствах получения.»

Согласно статье 126.2. УПК АР, «Доказательством могут быть признаны только такие показания, которые основаны на сведениях или выводах лица, непосредственно воспринимавшего происшествие, его мотивы, характер, механизм или развитие.»

Согласно статье 127.3. УПК АР, «Заключение эксперта не является обязательным для дознавателя, следователя, прокурора или суда, оно, как и любое другое доказательство, должно быть проверено и оценено органом, осуществляющим уголовный процесс, в связи со всеми обстоятельствами дела»

 

Согласно статье 139.0. УПК АР, во время производства по уголовному преследованию только по доказательствам устанавливаются:

139.0.1. факт и обстоятельства уголовного происшествия;

139.0.2. связь подозреваемого или обвиняемого с уголовным происшествием;

139.0.3. признаки преступления в деянии, предусмотренном уголовным законом;

139.0.4. виновность лица в совершении деяния, предусмотренного уголовным законом;

139.0.5. обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, предусмотренное уголовным законом;

139.0.6. обстоятельства, которыми участник уголовного процесса или другое лицо, участвующее в уголовном процессе, мотивирует свое требование, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом.

Право на свободу является одним из фундаментальных прав в демократическом обществе. Право на свободу гарантировано статьей 28 Конституции Азербайджанской Республики:

  1. Каждый обладает правом на свободу.
  2. Право на свободу может быть ограничено только в предусмотренном законом порядке путем задержания, ареста или лишения свободы.

Право на свободу гарантировано нормами международного права. Так, согласно статье 5(1) Европейской Конвенции по защите прав человека и основных свобод:

«Каждый человек имеет право на свободу и личную неприкосновенность. Никто не может быть лишен свободы иначе как в следующих случаях и в порядке, установленном законом:

  1. a) законное содержание лица под стражей после его осуждения компетентным судом;
  2. b) законный арест или задержание лица за невыполнение законного решения суда или с целью обеспечения выполнения любого обязательства, предписанного законом;

с) законный арест или задержание лица, произведенное с тем, чтобы оно предстало перед компетентным судебным органом по обоснованному подозрению в совершении правонарушения или в случае, когда имеются достаточные основания полагать, что необходимо предотвратить совершение им правонарушения или помешать ему скрыться после его совершения;

  1. d) задержание несовершеннолетнего лица на основании законного постановления для воспитательного надзора или его законное задержание, произведенное с тем, чтобы оно предстало перед компетентным органом;
  2. e) законное задержание лиц с целью предотвращения распространения инфекционных заболеваний, а также душевнобольных, алкоголиков, наркоманов или бродяг;
  3. f) законный арест или задержание лица с целью предотвращения его незаконного въезда в страну или лица, против которого принимаются меры по его высылке или выдаче».

Этот перечень ограничений является исчерпывающим. Лишение свободы должно быть также правомерным, т.е. соответствовать цели, предусмотренной одним из случаев из этого перечня. Суть статьи заключается в физической свободе индивида. Она закрепляет основное право человека, а именно защиту каждого от произвольного вмешательства Государства в его право на свободу.

В Европейской Конвенции по защите прав человека и основных свобод указано, что только обоснованное подозрение лица в совершении уголовного правонарушения может оправдать лишение свободы. Следовательно, обоснованность подозрений является существенным элементом защиты от произвольного лишения свободы. Существование обоснованного подозрения заранее предполагает наличие фактов или сведений, способных убедить объективного наблюдателя в том, что лицо могло совершить это правонарушение.

Всеобщая декларация прав человека также предусматривает защиту права на свободу. Так, статья 9 Всеобщей декларации прав человека гласит: «Никто не может быть подвергнут произвольному аресту, задержанию или изгнанию».

 

Статья 9 Международного Пакта о Гражданских и Политических Правах также гласит:

«1. Каждый человек имеет право на свободу и личную неприкосновенность. Никто не может быть подвергнут произвольному аресту или содержанию под стражей. Никто не должен быть лишен свободы иначе, как на таких основаниях и в соответствии с такой процедурой, которые установлены законом».

 

В пункте 155 постановления Европейского Суда по правам человека (ЕСПЧ) по делу Лабита против Италии от 6 июня 2000 года указано: “Однако для наличия обоснованного подозрения должны иметься факты или сведения, которые убедили бы объективного наблюдателя, что рассматриваемое лицо могло совершить преступление”http://docs.pravo.ru/document/view/19382469/

Отсутствие доказательной базы обвинения, недостаточность улик, отсутствие прямых, изобличающих обвиняемого доказательств, неисполнение своих обязанностей судом, рассматривающим уголовное дело, привели к грубому нарушению права на свободу Эмиля Алиева, гарантированного Конституцией Азербайджанской Республики, другими национальными законами, а также нормами международного права, международными договорами и практикой Европейского Суда по правам человека.